main page

Динамика / Рубрика автора

23.05.2008

Автор выпуска: Екатерина Васенина

ВЕСЕЛАЯ ТУСОВКА
«Общежитие» - «взрослая» премьера театра-студии современной хореографии Ирины Афониной.

специально для www.dance-net.ru

Фото номера

В театре-студии современной хореографии под руководством Ирины Афониной бывают детские (например, удачный спектакль прошлого сезона «А вы любите мечтать?») и взрослые спектакли, которые ставят преподователи и танцовщики театра-студии.

Екатерина Кислова, как и постановщица предыдущих взрослых спектаклей театра-студии Лариса Александрова, формировалась в Челябинске: танцевала у Владимира и Ольги Пона, возглавляла свой коллектив «Кислотный дождь». Сейчас она работает в театре-студии педагогом и танцует. С идеей «Общежитие» пришла к директору Игорю Шегаю, тот решил рискнуть. И не ошибся, потому что получилась очень свежая, искренняя, заводная вещь, главное достоинство которой в блестящем составе.

Надо же фиксировать не только проблемы, но и радости в сфере современного танца: в Москве сегодня есть из кого выбирать, танцовщиков высокого уровня немало и многих из них мы видим в «Общежитии». Ульяна Бачерникова, Анна Алексеева, Екатерина Недосейкина (Анна и Екатерина – педагоги театра-студии),, бывший бальник, танцовщик Borodisky Denis Dance Company Егор Маслов, тихая звезда отечественного contemporary, о которой знают еще немногие, очень набравший за последнее время в технике Константин Лещенко -танцующий драматический актер, умница и душа компаний. Им почти ничего не надо играть в «Общежитии» - резвиться на лужайке, бросать пригоршнями в довольный зал свои молодость и талант, импровизировать, кокетничать, влюбляться, ссориться и мириться. Спектакль начинается сильной танцевальной сценой с массой поддержек – и девушки, и юноши летают по сцене из рук в руки. Это было бы чрезмерно, если бы не было так красиво и лихо. Танец неожиданно обрывается и начинается драматизация: одного мальчика по законам общежития начинают гнобить, зло подшучивать (гибкий акробатичный Юрий Чулков). Красивый и полуголый, он лежит на панцирной сетке казенной кровати, в проемы спинки кровати за ним сочувственно наблюдает тихий ангел – в спектакле заняты дети театра-студии (на сцене София Дубянская, Матвей Дубянский, Анна Комисарова, Надежда Сидорова). Многие детские сцены, идущие параллельно взрослому сюжету, не впрямую, но удачно коррелируются: когда взрослые борются друг за друга, малыши тоже ловят друг друга в большой сачок.

Красное платье – метафора счастья и женской привлекательности перетекает с девушки на девушку – тягучий трикотаж волшебной художественно-танцевальной импровизацией окрашивает то одну, то другую танцовщицу. Некоторое очарование спектаклями Пины Бауш сказывается в двух моментах: в этом подчеркнуто женственном платье, которое, конечно, не запатентовано принцессой немецкого выразительного танца Бауш, но связано с ее театром устойчивыми ассоциациями, в минимуме собственно танца и максимуме драматической игры, требующей от постановщика большого личностного багажа.

Ведь, имея в распоряжении таких феерических танцовщиков (о каждом из них мы можем это утверждать по их прежним работам), можно и нужно дать им больше хореографического текста, которым часто ничуть не беднее драматической игры можно выразить ключевые для «Общежития» понятия: единство, искренность, терпение, измена, жизнь, естественность, щедрость, беззаботность, одиночество. Тайная вечеря на студенческой кухоньке с преломлением буханки на пятерых очень хороша, горькое обжорство остатками этой буханки отвергнутой девушки блестяще исполнено Екатериной Недосейкиной. А вот бесконечный поиск личного счастья передан сменой партнеров в вялом и неуверенном парном танце-перетоптывании с одним или одной лишней – слишком лобово и танцевально невыразительно. Огненно-рыжая Лика Шевченко, звезда «Весны священной» Режиса Обадиа, балетмейстер разнообразных «Звезд на льду», может сворачивать горы и передавать тайные мысли своим хрупким телом, а вынуждена тихо топтаться в ногах Константина Лещенко.

Но Екатерина Кислова, как настоящий молодой экспериментатор, не стесняется быть сильной и слабой одновременно. Сила спектакля – в брызжущей в зал шалой молодости исполнителей, которую она, кажется, намеренно культивировала на репетициях. Это в хорошем смысле слова резонансный спектакль, вызывающий положительный отклик на уровне не анализа, но гештальта, ощущений. И зритель, возможно, впервые оказавшийся на спектакле современного танца, оценит этот плюс по достоинству: веселая сила, живой смех и слаженная команда единомышленников – редкие гости московской танцевальной сцены, которых надо просить остаться подольше.THE END